Запоздалое признание в любви
16-01-2026.
В одном из номеров «Вечерки» когда-то прочла, и эти слова запали в душу: «Беспощадное время способно забрать у нас все, но память хранит лучшее».
Так ли это?
…Фотография Михаила Борисовича висит на стене кафедры народных инструментов Уфимского государственного института искусств. Она видна из-за плеча заведующего кафедрой, профессора, заслуженного артиста РБ Олега Николаевича Мельникова, произносящего на камеру благодарные слова о своем дорогом учителе. А за спиной Валерия Игнатьевича Платонова во время его блестящего «киношного» монолога о драгоценном Педагоге – в серебристой дымке – здание Пермского академического театра оперы и балета имени П.И.Чайковского, где дирижеру, заслуженному деятелю искусств России, народному артисту Башкортостана и дважды лауреату премии «Золотая Маска» посчастливилось трудиться перманентно с 1979-го...
20 декабря 2025-го исполнился год, как ушел в миры иные дирижер, баянист, просто замечательный Человек, Музыкант Михаил Борисович Голубицкий. Его не стало в Америке, Нью Йорке, где он жил с лета 1993 года. Великолепно, импровизациями на рояле, выразительной музыкой, как утверждают хореографы нью-йоркской балетной школы Balley Academy East, он наполнял их танцевальные уроки. И вот 20 декабря многие и многие люди посмотрели двухчасовой фильм о нем под названием «Миша». Миша – так называли его все на новой родине. Создан фильм Виктором Китовым, приложившим немало усилий для сбора документальных свидетельств, в том числе здесь, в газете «Вечерняя Уфа». И Витя, и Мельников, и Платонов, а также авторитетный педагог Среднего специального музыкального колледжа Николай Иванович Махней (прекрасно сказавший о Михаиле Борисовиче для фильма) – ученики Голубицкого.
История русской культуры знает понятия, определяющие значимые временные отрезки – Золотой век, Серебряный век… История УГИИ тоже заслуживает применения этих весомых метафор. По крайней мере Золотой век у нашего института искусств точно был. Его сумел инициировать и протянуть, продлить на все время своего ректорства Загир Гарипович Исмагилов, пригласив сюда на работу в 1968 году лучших выпускников Института имени Гнесиных, Ленинградской консерватории… Какие имена!!! Пианистка Фаина Айзенберг и скрипачка Майя Геллер (ныне живущие в Израиле), скрипач Сергей Саркисьянц (Финляндия), музыковед Евгений Танкелевич (США)! Все в кадре говорят о Голубицком исключительно в превосходной степени. Талант, талант во всем, что делал.
К Золотому веку относятся и отец с сыном Франки – Александр Давидович со Львом Александровичем, виолончелист Алексей Калачев и альтист Николай Фадеев, и пианисты Нелли Хетагурова, Лали Саникидзе с Александром Гарбером, композитор Евгений Земцов (учитель незабвенного Салавата Низаметдинова), и баянист Вячеслав Беляков… Кого-то не упомянула – простите! Какие были концерты! Уникальнейшие лекции приезжавших философов, музыкальных педагогов-методистов, музыковедов… Заснуть от сильных впечатлений-потрясений порой не удавалось… Среди всех выдающихся имен имя Михаила Голубицкого стоит в начале списка.
Автору сих строк посчастливилось иметь на своем жизненном пути встречи с Михаилом Борисовичем. Непосредственные «свидания» следовали почти ежедневно в конце учебного 1993 года. Михаил Борисович и его супруга Ольга Михайловна Вечеслова завершали «уфимский период», шли последние приготовления к переезду на ПМЖ в Штаты, где уже жили родственники Голубицкого. У них были на то причины… Они дарили на память – что кому нравилось. Нам достался огромный зеленоватый керамический чайник – он и ныне постоянно, что называется, в ходу, ведь дом наш посещает немало любителей чаевничать…
А первые «встречи» были в Большом зале института искусств. Михаил Борисович руководил студенческим симфоническим оркестром. Звучал оркестр – не побоюсь пафосных слов – словно «мравинский» состав Ленинградской филармонии, называемый в просторечье «заслуга» (заслуженный коллектив). Играли «настоящий» репертуар. В том числе, например, фортепианные концерты Ференца Листа: тогда в Уфе проходил Всесоюзный отбор пианистов для участия в международном конкурсе Листа–Бартока в Будапеште. В тот момент и прошел на престижнейшее состязание наш Вадим Монастырский и стал международным лауреатом (он ярко вспоминает об этом в фильме «Миша». И в эту секунду в кадре высвечивается диплом лауреата Всесоюзного конкурса – именно оркестру!).
Из самого главного, что врезалось в память о Голубицком-дирижере – исполнение Лейлой Исмагиловой сочиненного ею Концерта для фортепиано с оркестром. Или исполнение Галиной Халдеевой недавно перед тем написанного вокального цикла Шостаковича…
На симфонических концертах Голубицкого яблоку негде было упасть. Слушатели чуть ли не висели на люстрах…
Упомянутое так важно, так значимо для меня! Но еще весомее и судьбоноснее – связка Голубицкий – Платонов. Да, наверное, мы были с Валерием Игнатьевичем уже женаты, когда одна дама сумела круто соединить этих двух музыкантов. Платонова перевели в класс по дирижированию к Михаилу Борисовичу. Оказалось, что для меня это соединение важнее многого другого. Значительнее, весомее не случалось в творческой биографии Валерия Игнатьевича НИЧЕГО. Вся технология дирижерской профессии заложена именно на уроках с Михаилом Борисовичем. Дальнейшая учеба в Уральской консерватории (оперно-симфонический класс Марка Израилевича Павермана) углубляла уже музыкантскую суть.
В заключение обозначу некоторые акценты, имеющие место в речи Валерия Платонова из фильма «Миша». На репетиции Михаил Борисович за один «присест» довел исполнение непростой пьесы до идеального уровня – и партитуру знал досконально, и ни одного лишнего слова не сказал – а сделали все со второго раза, как на концерте! Голубицкий играл на рояле при отсутствии концертмейстера. Пел как профессиональный вокалист – например, партию иезуита Рангони из «Бориса Годунова» Мусоргского (а Платонов пел за Марину Мнишек) – и так они проходили одну из сложнейших оперных сцен!
Кстати, весь фильм пронизан пением. Поет Голубицкий – песни, романсы… Знакомое, популярное:
Благодарю тебя
за песенность города,
И откровенного, и тайного.
Благодарю тебя,
Что всем было холодно,
А ты оттаяла, оттаяла…
Роберт Рождественский,
музыка Арно Бабаджаняна.
Михаил Борисович часто выступал на Манхеттене. Пел с Танкелевичем, который сидел за роялем. По записи видно, как американские слушатели вкушают саму душу музыки…
В Михаиле Борисовиче Голубицком жила, да, жила, трепетала Душа Музыки…
Беспощадное время способно забрать у нас все… Но лучшее было и есть – благодаря памяти, что способна сохранять это лучшее.
Светлана ПЛАТОНОВА,
музыковед, профессор УГИИ.
Фото предоставлены автором.
музыковед, профессор УГИИ.
Фото предоставлены автором.
Вернуться назад