$ - 74.3615
€ - 90.4087

ЧИТАЙТЕ В НОМЕРЕ

Бренд - гарантия качества

Газ в доме будет

Умылись улицы в преддверии зимы

Хрупкая планета

Розовое "золото" седого Иремеля


Розовое "золото" седого Иремеля

...Пока мы с сотрудниками Министерства природопользования и экологии Республики Башкортостан дожидались припозднившийся УАЗик, к нам подошел местный житель, назвавшийся дедом Сашей. На вид ему больше шестидесяти не дашь, но оказалось, что новому знакомому ни много ни мало - восемьдесят пять лет. Здесь, у подножия Уральских гор, он и прожил все эти годы. Пока дед Саша рассказывал свою историю, к группе приблизилась женщина, и глядела она в нашу сторону с явным неодобрением.
- Жена Ваша? - поинтересовались мы.
- Ага, она уже у меня третья. Беспокоится, что с молодушками общаюсь - вдруг уведут, - рассмеялся довольный супруг.
Разговор этот состоялся в селе Тюлюк Челябинской области, раскинулось которое у подножия горного массива Иремель. Говорят, что одна из высших точек Уральских гор - мощнейший источник силы. Туристы из всех уголков мира приезжают сюда совершить паломничество на вершину, после которого крепнет дух, а тело наполняется энергией. И неудивительно, что местное население выглядит столь молодо и бодро.
Наверное, читателю не терпится узнать, зачем мы сюда прибыли. А дело в том, что специалисты всей республики собрались в природном парке "Иремель" для того, чтобы принять участие в научно-практической конференции и полевых работах по восстановлению популяции родиолы иремельской, которая находится на грани исчезновения. Корень этого растения считается мощным иммуностимулятором и поэтому вызывает интерес браконьеров.
...Наконец "буханка", которую мы ждали, подъехала. За рулем - старший инспектор природного парка "Иремель" Сергей Сиротин. Он и добросит нас до лагеря, где проходит конференция. Как выяснилось, мы ожидали инспектора возле его собственного дома. И последний заметно выделяется среди тюлюкских домишек. На воротах - "бегущие" олени, стены украшены деревянными фигурками, окна обрамляют чудесные резные ставни. А ведь здесь поработал настоящий мастер! Правда, Сергей о своем таланте скромно умалчивает, говорит, что резьба по дереву - это всего лишь хобби.
До лагеря, куда мы спешили, еще семь километров, и это расстояние можно проехать на машине. Большинство туристов с самого начала предпочитают идти пешком или отправляются верхом (на велосипеде). Забегая вперед, скажу, что на обратном пути нам повстречался ловкий мужчина, поднимающийся по тропе на одном колесе...
Пропускной пункт природного парка находится на высоте одного километра. Возле входа установлена солнечная батарея, которая питает энергией домик, где дежурят инспекторы. Мощности хватает даже на то, чтобы работники парка могли коротать свободное время перед маленьким телевизором. За шлагбаумом и расположен наш лагерь. На его территории тоже немало деревянных фигур, среди которых и древние старцы, и животные, и избушка на курьих ножках с Бабой Ягой. Чувствуется знакомая рука, благо, с творчеством Сиротина мы уже встретились.
- Туристы любят эти фигурки, почему-то кладут на них монетки, особенно им нравится сова, стоящая на пути к вершине Большого Иремеля, а дети с удовольствием позируют перед объективом около жилища Бабки Ежки, - рассказывает Сергей.
Чтобы восстановить популяцию родиолы иремельской (разновидности родиолы розовой), сюда собралось много специалистов всей республики.
Завтра - день “икс”, и мы всей командой отправимся высаживать родиолу. А пока есть время послушать песни под гитару у костра и поближе познакомиться друг с другом, тем более, что повод для застолья “железный” - юбилей заслуженного эколога России Альберта Мулдашева.
- Павел Широких, институт биологии, - представляется молодой человек.
- О, я знаком с Вами по научным работам! - в ответ восклицает младший научный сотрудник Южно-Уральского государственного природного заповедника Ильдар Юсупов.
И такие диалоги слышны отовсюду. В научном мире обычное явление, когда люди, не встречавшиеся ни разу, хорошо знают друг друга по монографиям и статьям.
Парк находится на развилке дорог: до Большого Иремеля - шесть километров, до Малого - семь. Туристы, совершающие своеобразное паломничество, пройти мимо никак не смогут.
Кто только не передавал свои поклоны нашему очагу. Например, на “огонек” заглянула заслуженная артистка Республики Башкортостан, солистка Башкирской государственной филармонии Сайда Ильясова. Вместе со своей семьей она только-только покорила вершину Иремеля. Узнав, что у Альберта Акрамовича юбилей, певица решила сделать ему подарок, исполнив башкирскую народную песню “Хандугас”. Ей аккомпанировал на курае муж, Зават Кильдияров, который, между прочим, в свое время был активистом дружины охраны природы.
- Эта песня о джигитах, которым все по плечу, - объяснила потом Сайда. - “Спой, джигит, расправив свою широкую грудь. Пока на Урале есть такие сыновья, наш край будет процветать”...
Следующее утро началось с плотного завтрака. А я от беспокойства не находила себе места. Нет, подъем в гору меня не страшил. Дело в другом: на вершине Иремеля принято загадывать желания, а мне оно, заветное, в голову так и не приходило. Потом подумала и решила, что там, в вышине, под впечатлением открывшихся красот, самое главное даст о себе знать, ведь место-то волшебное...
Маршрут выбрали в самый последний момент. Решили сначала подняться на Большой Иремель, а уже потом заниматься посадкой. Прихватив воду и бутерброды, двинулись в путь.
Известный журналист-эколог, заведующая отделом “Вечерней Уфы” Татьяна Вадимовна Барабаш, которая не раз бывала в подобных экспедициях, еще в редакции, отправляя меня в путь, предупреждала, что на Иремеле постоянно меняется погода, бывают частые дожди и туманы. Именно поэтому я взяла с собой теплые вещи, ветровку и дождевик. Так что мой рюкзак был не из легких, и спустя несколько часов я пожалела об этом. Пока на небе ни облачка - но, помня наставления мэтра, не обольщаюсь и терпеливо тащу свою ношу.
Сначала нужно было пройти лес, или, как говорят ботаники, подгольцовый пояс. По пути нам встречались родники, ведь в этих местах - истоки многих рек, в том числе не так далеко берет начало и Агидель. Вода помогала нам взбодриться: достаточно умыться и пополнить ее запасы. У меня сложилось впечатление, что если бы не ее особенная сила, то мало бы кто из нас дошел до конца.
Чем выше в гору, тем меньше деревьев. Ближе к вершине встречаются кустарники. Ботаники из Южно-Уральского заповедника постоянно расспрашивают у Альберта Мулдашева о том или ином растении, по ходу собирая образцы для гербария. Наша группа многочисленна, поэтому привалы делаем довольно часто, и мне это только на руку - есть возможность пообщаться с каждым участником похода. Не скажу, что было тяжело, но кроссовки за это время успели промокнуть, а затем высохнуть, да и моя спина под рюкзаком не просыхала от влаги...
Уже и вершина показалась, но вот незадача - довольно пологий подъем оборотился грудой камней, по которым пришлось карабкаться.
- Здесь необходимы три точки опоры. Можете использовать две ноги и руку или две руки и ногу, или три ноги - у кого что есть, - шутил, пытаясь нас приободрить, Альберт Акрамович.
Немного передохнув и дождавшись отстающих, мы полезли по камням. На подъеме виднеется “проложенная тропа”, но когда пытаешься найти путь легче, натыкаешься на “танцующие” камни. Страшно...
Вершина. Описать увиденное не хватит слов, передать ощущения не хватит смелости, открывшийся простор не терпит разговоров, он взывает тебя к молчаливому созерцанию. И не оторваться от него. В груди - тепло, в мыслях - покой. Полное умиротворение. И только ветер смеет тревожить это пространство. Вдруг откуда-то полились звуки музыки. Сначала подумала, что у меня слуховые галлюцинации. Нет, это Лариса Белан сидит на камне, играет на флейте трогательные мелодии. Подсаживаюсь ближе. Хорошо...
Через какое-то время всех зовут на перекус. Никогда в жизни у меня еще не было такого аппетита. Вдруг на “стол” выкатывается арбуз. На секунду показалось, что у меня опять видения. Мысль о том, что кто-то тащил такую тяжесть в гору, не укладывалась в голове. Но сочный сладкий вкус не обманывает. Так вот что носят ботаники в своих больших рюкзаках!
...Долго засиживаться на вершине Большого Иремеля нельзя - впереди нас ждет важное дело. Но до места нужно еще шагать и шагать. Конкретнее сказать не могу - сами понимаете: дабы браконьеры не обнаружили. Открою лишь, что предстоит нам еще долгий спуск, а потом опять подъем.
Оказывается, спускаться сложнее, чем подниматься. Камни предательски шатаются под ногами. Из-за сложности передвижения наша цепочка растянулась. Я нахожусь где-то в середине. Рядом со мной идет Римма Галеева, директор природного парка “Иремель”.
- Площадь парка немаленькая - пятьдесят тысяч гектаров (это в два раза больше, чем у заповедника “Шульган-Таш”. - М. А.). Мы берем символическую плату за вход, а если кому-то жаль распрощаться с тридцатью рублями, то мы вручаем ему мусорные мешки - пусть сделает хорошее дело, - попутно делится она. - На прошлых выходных был поставлен рекорд по количеству туристов за все время существования парка - в один день на гору поднялись шестьсот пятьдесят человек. А 12 июля на Иремеле выпал снег. Сюда люди приходят с разными целями, но я считаю, что каждый житель Башкирии обязан здесь побывать - это наше достояние.
...Вижу, что голова нашей змейки остановилась на зеленой лужайке - наконец-то привал. А здесь полянка усыпана симпатичными темно-синими и красными ягодами. Интересно, не ядовитые ли они?
- Были у меня студенты на полевой практике и на одном из привалов спрашивают: “Альберт Акрамович, а можно эти ягоды есть?”, - вспомнил Мулдашев. - Надо сказать, что стоял я к ним спиной. Говорю: “Можно”, а где-то через полминуты добавляю: “Но только один раз в жизни”. Свидетелем такой гробовой тишины я ни до этого, ни после никогда не был. Пошутил, конечно. А вообще, это голубика и брусника, они еще нам не раз встретятся.
Дальнейшая дорога опять привела в лес. Тропа все чаще попадалась заболоченная. Я с завистью смотрела на тех, кто додумался пойти в резиновых сапогах, потому что мои кроссовки на сей раз промокли основательно. Хотя, если подумать, в спортивной обуви удобнее подниматься по камням. Но что же делать с влагой? Присмотрелась, кто в чем идет, и поняла - туристические ботинки или берцы - то, что нужно! И тут как назло небо затянули грозовые тучи. Неужели ливень? Тогда мои ноги ничто не спасет...
Дошли до очередного родника.
- Возможно, скоро пойдет дождь, - подтвердил мои опасения Альберт Акрамович. - Поэтому настоятельно рекомендую всем, кто устал, вернуться в лагерь, тут как раз развилка. Итак, кто идет дальше?
Как только представила себя с фотоаппаратом под дождем, мне захотелось оказаться в теплом домике инспекторов, под одеялом. Но я почему-то поднимаю руку: “Иду с Вами”.
Лишившись нескольких членов команды, в числе которых оказались жена и дочь Альберта Мулдашева (они все это время были с нами), мы двинулись в путь. Тропа пошла вверх. Выбрали быстрый темп, потому что опаздывали, так и до темноты могли не успеть в лагерь. Собрав последние силы, сжав волю в кулак, шагаю и, чтобы не сбиться с ритма, смотрю на пятки идущего впереди. Глядеть по сторонам - нет времени, не говоря уже о том, чтобы фотографировать. Ботинки вновь успели высохнуть и опять промокнуть, причем по несколько раз. А на футболке сухой ниточки нет, как, собственно, и на кепке.
Говорят, скоро дойдем. Очень радуюсь, поскольку второе дыхание уже на исходе, и я не уверена в том, что существует третье. Под ногами - опять голубика, да в два раза больше, чем прежде. Такое искушение побороть трудно, уж слишком ягоды аппетитные. Один, второй, третий из нас уже на боку - так удобнее срывать сочную красавицу.
- Бунт на корабле! - кричит Альберт Мулдашев, вслед за нами припав к земле в поисках ягод.
Последние триста метров так и “проползли”.
Наконец, я увидела, как выглядит родиола иремельская. Группа дошла до участка, где растения сажали в прошлый раз, причем делали это осенью, а в этот период снежные покровы на горе не редкость. Места отмечены на специальном устройстве GPS, а в тетради четко записано - сколько естественных и сколько искусственных особей здесь обитает.
- Нашел двадцать “выживших” из шестидесяти - очень неплохой результат, а ведь сажали под снег, - отмечает заведующий лабораторией геоботаники и охраны растительности Института биологии Уфимского научного центра Российской академии наук Василий Мартыненко.
Результаты обнадеживающие. Идем к следующему участку. Здесь тоже все хорошо прижилось. Из ста корней укрепились в земле более шестидесяти процентов, на следующем - семьдесят. Ученые проводят отчетность, меряют высоту каждого ростка, определяют пол и количество побегов. Усталость у всех как рукой сняло, настолько сильно люди обрадовались увиденному.
По словам Альберта Мулдашева, работы, связанные с подсчетом популяции и ее восстановлением, начались еще в конце 90-х. Ученые не один раз исследовали все хребты Южного Урала и поштучно пересчитали растения, взяли образцы.
Браконьеры поработали “на совесть”, так что многие популяции оказались истощены до такой степени, что уже не были способны самостоятельно восстановиться. Специалисты сделали вывод: положение можно спасти, только вмешавшись, а именно - методом реинтродукции. В опытах были испытаны различные способы искусственного размножения родиолы. Из-за ряда биологических особенностей этого растения посев семян не принес ощутимых результатов. Хороший эффект был получен при размножении с помощью резид - кусочков корневищ, изъятых у живых растений. Но в природе сохранилось не так много полноценных диких особей. Наиболее действенным оказалось расселять родиолу с помощью рассады, которую стали выращивать в Ботаническом саду-институте Уфимского научного центра Российской академии наук.
- Бум охоты за ценным золотым корнем пришелся на 2000-е годы. Многие люди поднимались сюда только ради него. Хотя результаты химических исследований показали, что лечебные свойства родиолы иремельской значительно уступают ее собратьям, растущим в Сибири, - подчеркнул Альберт Мулдашев. - Сейчас растение практически истреблено, и браконьеры сюда уже не ходят - слишком долго придется искать. Мы решили воспользоваться сложившейся ситуацией и провести свои работы.
Сегодня нужно посадить около двухсот особей, которые уже достигли трехлетнего возраста. Кстати, некоторые ростки были культивированы из корней, отобранных у браконьеров.
- Родиола приживается лучше, когда ее сажают рядом с камнями, - инструктирует присутствующих Василий Борисович. - Обязательно в ямки добавляем мелкозем, который мы сейчас наберем. Важный момент - вы должны корни опустить, закопать, а потом немного “выпустить”, чтобы они расправились. Далее нужно хорошенько прижать землю. Избегайте кустов ивы.
...Работа пошла - каждый занят своим делом. Кто-то копает мелкозем, кто-то несет его до людей с лопатками, кто-то устанавливает туры - чуть заметные знаки, помечающие границу посадок.
Скажу честно, мои силы иссякли, поэтому сижу на камне, стараюсь не мешать, фотографирую и поражаюсь бодрости нашей группы.
- Сначала мы сажали небольшие партии по шестьдесят - семьдесят растений. В последние годы - больше, до трехсот за раз, - перечисляет Зиннур Шигапов, директор Ботанического сада-института УНЦ РАН. - На сегодняшний момент в Ботаническом саду своей очереди ждут еще несколько сотен особей родиолы, но это не так много, как кажется.
Несмотря на то что ученые намерены проводить реинтродукционные работы дальше, те могут быть приостановлены. Дело в том, что уже несколько лет восстановление популяции не финансируется. А с учетом всех расходов один росток стоит порядка тысячи рублей.
- В Башкирии осталось около двух тысяч экземпляров высокогорной формы родиолы, - объясняет Василий Мартыненко. - Коли из ста корней семьдесят три прижились - это очень хорошо, особенно если они потом смогут дать семена. Сейчас браконьерская добыча прекратилась - в данный момент рвать растение не интересно - корень должен крепнуть еще пятнадцать-двадцать лет. Посему очень надеемся, что эндемик сам себя восстановит, ведь ростков у нас практически не осталось.
Итак, миссия выполнена! Можно отправляться домой. Отхлебываю на дорожку чай и понимаю, что в суете и под впечатлениями забыла загадать желание. Но теперь выхода уже нет - хотеть что-то для себя стыдно. Загадываю, чтобы родиола не вымерла, а у людей, которые так преданно и нежно оберегают природу, в жизни всегда все складывалось хорошо.
...Когда повернули к лагерю, боевой дух нашей команды поднялся. Но радоваться рано - идти еще далеко. А пальцы ног ломит, и колени дрожат. Зато вокруг такая красота! Наконец появилась возможность оценить ее.
Команда спасателей краснокнижного вида вышла из лагеря в десятом часу утра, а вернулась затемно. За это время мы прошли путь, равный двадцати километрам. Молюсь, чтобы преодолели его не зря. А я - счастливый человек, потому что побывала на Иремеле, и не просто как турист, а стала свидетелем настоящего дела, которое совершили профессионалы с добрым сердцем и огромной душой. И природа, в подтверждение моих слов, тоже сказала им “спасибо”, потому что за все три дня погода была необычайно для этих мест ясной.

ВАЖНО!

Мария АЛЕКСЕЕВА,
Уфа - Челябинская область - Учалинский и Белорецкий районы Башкирии - Уфа.

Розовое "золото" седого Иремеля Розовое "золото" седого Иремеля Розовое "золото" седого Иремеля

Фото автора.

Дата создание новости 30-08-2014   Комментарии (0)   Просмотров: 1466     Номер: 167(12565)     Версия для печати


Добавить комментарий
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Вопрос:
8+2-5=?
Ответ:
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:


 
© 2011-2019, Редакция газеты «Вечерняя Уфа»
Использование материалов без письменного согласия владельца сайта запрещено.