«Ах ты, моя фуксия!»

Февральские морозы и снегопады еще сменяют друг друга, а солнышко светит уже по-весеннему ярко, заглядывая в окна и согревая первыми, робкими лучами подоконники с цветами.
Многие комнатные растения дружно радуют своих хозяев круглогодичным цветением. В моей коллекции их около сорока, и большинство - цветущие. Февральская ревизия помогает определиться с планом работ на ближайшие недели; что-то необходимо рассадить, кому-то требуется более просторный горшок.
Моя зеленая семейка стала формироваться еще в 60-е годы, когда родители и тетушки дарили мне фиалки, глоксинии, кактусы и аспарагусы. Некоторые растения благополучно прожили со мной долгую жизнь, подпитывая свои силы при пересадках или омолаживаясь от молодых побегов и листочков.

Пробуждающиеся от зимней спячки глоксинии только-только выпустили свои бархатные листики из-под земли. Это были любимые цветы моей тети Нади – Надежды Николаевны Башмаковой – младшей сестры бабушки по отцовской линии. В конце 50-х - начале 60-х годов меня часто оставляли погостить у нее на улице Мира, недалеко от Дворца имени Серго Орджоникидзе.
…После сытного борща или пирогов с мясом и капустой меня усаживали в большое старинное кресло, лицом к окну. Тетя Надя с безукоризненной дикцией, с выражением, в лицах читала мне сказки Пушкина или стихи. Я рассматривала разноцветные фиалки, махровые колокольчики глоксиний, ниспадающие с подвесных кашпо ветви традесканций и аспарагусов. Но какое-то чарующее впечатление производили на меня фуксии, словно гигантские бабочки, раскрывавшие бело-розово-сиреневые и бело-розово-бордовые лепестки-крылья. Да и само название цветка - «фуксия» казалось мне каким-то волшебным словом, открывающим дверь в сказочный мир красоты. Мой интерес к фуксиям был весьма специфичен: я не только любовалась необычными формами распустившихся бутонов, но и старательно обнюхивала их и даже пробовала на вкус. Тетя Надя неоднократно дарила особенно понравившиеся мне цветы, которые благополучно приживались в нашей квартире, но фуксия почему-то никак не хотела цвести. Меня этот факт очень огорчал.
Едва переступив порог комнаты тети Нади, я бежала к подоконнику рассматривать, какие изменения произошли за период моего отсутствия. Коммунальная квартира тетушки благодаря ее усилиям напоминала ботанический сад. Правда, герани, занимавшие часть подоконника на кухне, периодически дегустировались соседским котом, но вход в комнату тети Нади хвостатому гурману был закрыт. Я пододвигала маленькую скамеечку, взбиралась на нее и старалась рассмотреть каждый цветочек, каждый лепесток или появившийся бутон.
Давно нет милой моей тети Нади! Мои подоконники украшают красивые современные кашпо с различными растениями. По несколько раз на дню я подхожу к подоконникам, наблюдаю за желтым и розовым декабристами, за махровыми фиалками самых разных оттенков и, конечно, за любимой красно-бордовой фуксией. Вспоминаю, как тетя Надя укутывала меня своей шалью, ласково обнимала и повторяла: «Ах ты, моя фуксия!»