Ветры и льды Байкал-моря

В феврале нынешнего года герой наших публикаций Айдар Гареев в составе туристической группы принял участие в 130-километровом походе по льдам Байкала. Откликнувшись на нашу просьбу, Айдар Зинурович предоставил газете свои путевые заметки. Нам показалось, что рассказ о столь необычном путешествии будет интересен читателям «Вечерней Уфы».

Вместо пролога

Аэропорт в Иркутске находится в центре города, поэтому, выйдя из самолета, вы сразу вдыхаете всю свежесть и красоту северной атмосферы. Я немного осмотрелся и прошел пару кварталов от аэропорта, чтобы вызвать такси, и тут у меня навернулись слезы. Это были не слезы радости и не слезы разочарования… Нет, это ветер, нудный и холодный, делал свое дело.
Поселился я в гостинице неподалеку, встреча нашей команды была назначена на утро.
…Для чего человек идет в горы, для чего идет в поход? Этот вопрос часто слышат туристы. Впрочем, они и сами всегда задают его себе. Думаю, для того, чтобы побыть наедине с собой, доказать себе, что ты чего-то стоишь, убежать от суеты мегаполиса, полюбоваться красотами природы… Каждый сам для себя отвечает на этот вопрос. Я тоже задавался им и для себя решил, что ни один ответ не подходит. Бывают вопросы, на которые нет ответов, да и не должно быть. Просто ты идешь, просто собираешь рюкзак, просто проверяешь обувь, одежду, спички – и все это так же просто, как над землей идет дождь или снег. Есть вопросы, на которые не нужны ответы. Пусть вопрос возникает и пусть он живет сам по себе, висит в воздухе, будоража чье-то сознание...
…Наверное, никто столь пристально не обращает внимания на одежду, как модельеры и… туристы. От того, как ты одет, зависит не только успех твоего похода, но и успех похода тех, кто будет с тобой рядом. На двор гостиницы потихоньку подтягивалась наша команда. Нас было девять человек. Каждый, кто подходил, осматривал своих товарищей с ног до головы: какая у кого обувь, какой рюкзак, пуховка… Думаю, рюкзак и обувь - это самое важное из того, на что нужно обратить внимание. Шапка, перчатки, верхонки - это можно пережить, с этим можно смириться. Но если обувь не проверенная, то это может все испортить и сильно усложнить жизнь в походе. Поэтому мы, когда встречаемся, осматриваем друг друга, как, возможно, жених разглядывает свою невесту перед венчанием - пристально и с особой любовью.

День первый. Наш новый дом

Зимний поход совсем не похож на летний. У зимнего путешествия свои законы, свои требования, пренебрежение которыми может стоить тебе здоровья и даже жизни. Когда мы только вышли на лед, инструкторы раздали нам так называемые «шильца». Это такой инструмент, напоминающий два маленьких ножа, вставленных друг в друга. Они нужны для того, чтобы, если ты, не дай бог, провалишься в трещину, коими исполосован весь зимний Байкал, можно было моментально вынуть их и зацепиться за лед.
Первый день у нас был ознакомительным. Мы учились устанавливать палатку, бурить лунки под воду и под палаткой для отвода воды. Нужно сказать, что установка зимней десятиместной палатки - это настоящий производственный процесс. Он напоминает то, как некогда объединенные общим порывом и идеей люди строили коммунизм, возводили заводы, обращали реки вспять… Так же, пожалуй, и мы устанавливали наш новый дом. Кто-то расчищал снег лопатой, кто-то бурил лунки под водоотвод, кто-то натягивал брезент на каркас и вкручивал колышки в лед. Место выбиралось тоже не случайно. Нужно было смотреть, чтобы лед был ровный, без торосов и трещин. Очень важно определить направление ветра и то, как он будет меняться в течение ночи.

День второй. Скажи «Да!»

«Совместный труд объединяет» - убеждает бессменная классика. В общем, через какое-
то время каждый находит свое место в команде. Как-то сами собой распределяются роли: кто-то отвечает за ужин, кто-то за установку палатки, у кого-то лучше получается бурить лунки, а кто-то просто все время стоит и мерзнет... А к вечеру все (со своими мыслями и со своими привычками) собираются за ужином.
Когда молодая пара решает, скажем, объединиться в семью, она, как правило, перед этим долго встречается, присматриваясь друг к другу, знакомясь с родителями прежде, чем пойти в загс и сказать там: «Да!» Потом эти двое обретаются в своих тридцати или сорока квадратных метрах и подчас не уживаются, сердятся друг на друга, а потом, не видя смысла в дальнейшем пребывании вместе, просто расходятся по разным «уголкам». У нас ситуация другая, все мы из разных городов и весей огромной страны, все с устоявшимся характером, с вредными и полезными привычками, никто нас и нигде не спрашивал: готовы ли мы разделить наши радости и горести совместно в ближайшие дни. Мы заходим, точнее, заползаем в десятиместную палатку, и она наполняется гармонией и любовью. Потому как чтобы любить, нужна сила, а туристы все сильные. В походе нет плохих людей, они тут не приживаются. У Тургенева я встречал фразу: «Он был страстным охотником, а следовательно, отличнейшим человеком», я бы добавил: это выражение и про походников.

День третий. «Буханка»

Для тех, кто едет на Байкал за красотами, развит сервис с «буханками». Можно приехать на море (местные не позволяют называть Байкал озером, только морем), и машина вас отвезет до острова Ольхон, где все любуются сакуями (наледи и сосульки на скалах) и торосами. Довезет вас туда УАЗ «буханка». Это машина, которая одновременно вызывает чувства гордости и боли. В салоне машины вас встречает не то чтобы минимализм, а скорее аскетизм. «Буханка» пригодна не для передвижения, она тут, скорее, для выживания. Про эту машину говорят: «всегда раненая, но никогда не убитая». Про дизайн УАЗа ходят легенды, а вместительность у машины такая, что кажется, в нее войдет половина населения Сибири. Когда моя группа возвращалась, нас забирали две этих «буханки». В одной ехали мы, в другой наши вещи; и нужно сказать, пока мы ехали, два раза ломались - то одна машина, то другая... Это стало для всех нас примером настоящей взаимовыручки, именно поэтому у счастливых владельцев «буханки», как правило, всегда две машины. Одна основная, а другая - ее «донор». Водители «буханок» тоже такие же суровые, как и их «боевые подруги», замученные, буквально забитые бытом люди, но всегда с веселым и романтическим огоньком в глазах.
После третьего дня путешествия, когда отходишь в глубь моря, перестает работать связь и интернет. «Буханки» больше не проезжают, у них тоже есть предел. Только мы, девять человек, с волокушами за спиной молча идем к очередной ночлежке.

День четвертый. Нет цели, только путь

Коли ты идешь в горы, то у тебя есть цель покорить вершину. На сплаве тоже выходишь на воду, чтобы добраться до определенного места. В нашем походе не было цели выйти из точки А и достигнуть точки Б. Путь и есть сама цель, а значит, ты ее уже достиг. Шаг за шагом твои мысли набирают обороты. И вот уже в сумбурном танце они кружат твою голову. Говоришь себе: «Стоп!» И снова тишина, снова шаги, идешь, ни о чем не думая, позади шуршат волокуши. Потом тебя опять накрывают воспоминания, приятные и не очень. Идешь, подчас улыбаешься. Все. Привал! Садимся на свои волокуши, разливаем чай из термосов, греем руки о горячие кружки. Кто-нибудь достает конфетку, у всех лица осветляются радостью. Конфету отдают тебе - и ты счастлив. Может, за этим и нужно было идти за тысячи километров от дома.

День пятый. Ветер

Ветер - это самое частое, о чем ты станешь думать, пока будешь идти по зимнему Байкалу. Не зря местными дано ветрам более двадцати названий... Раньше люди жили на земле, среди полей, озер и лесов. Природа была одушевлена, ветер, реки, горы были носителями человеческих и сверхъестественных качеств. Человек говорил с лесом, с птицами, луной и солнцем: вспомним хотя бы царевича Елисея или сказку «Гуси-лебеди». Байкал-море напоминает нам об этом. Возвращает нам забытую душу. Вы должны помнить, что Байкал все время говорит с вами, то нежно похрустывая, то рыча, то гремя. Иногда, безусловно, накрывает жуть, когда ночью под тобой начинает рокотать лед или во время перехода с невероятным грохотом твердь буквально расходится под ногами (и где уж в этот момент вспомнить про «шильца»).
Вообще, на Байкале не так важна температура, тут полностью главенствует ветер. Были дни, когда стояло всего минус десять, но мы вынуждены были идти практически без привалов из-за сильного ветра. А в конце похода нас встречало минус тридцать, но мы чувствовали себя очень комфортно из-за безветрия. Где-то под финал нашего путешествия две ночи гулял очень си льный ветер: порой казалось, что он разорвет палатку. В эти ночи мы не могли топить печь в палатке. После длительного перехода лежали на льду и смотрели на «потолок», на то, как жестокий ветер трепал его, будто пьяный сосед стучался в дверь избы к детям, оставшимся без родителей…

День шестой. Корова

Меня удивило то, что никто из команды не проявил любопытства и не подошел посмотреть на сию невидаль. Не задумался о том, что это такое чернеет на поверхности Байкал-моря. Все, как обычно, занялись приготовлением ночлега.
…Она лежала черным пятном на белом снегу. Ноги неестественно разбросаны, голова неестественно вывернута назад. Глаз нет, их склевали вороны. Пустыми глазницами она всматривалась в темноту.
Мы поставили палатку всего в двадцати метрах от бедной коровы. Думаю, ушла она из деревни в лес. Долго, видимо, блуждала, сбилась с пути, потом оступилась и сорвалась со скалы. Теперь лежит одинокое тело, нарушая привычный пейзаж темным пятном в ночи…

День седьмой. Большая земля

Не знаю, для чего идти куда-то, зачем эти сотни и тысячи километров, зачем идут в горы?.. Но знаю точно: когда ты возвращаешься на Большую землю, ты становишься сильнее, становишься лучше. Ты теперь сможешь делиться своей силой, своей любовью, и мир станет немного лучше.
Ты возвращаешься в гостиницу, открываешь кран, а из него так просто течет теплая вода…